Андерс де ла Мотт - Обман [Bubble]

Ядерный проект исходно подчинялся военно-воздушным силам, и в отличие от армии их личный состав вооружали именно револьверами тридцать восьмого калибра. Это и объясняет, почему дядя Таге с таким упорством хочет получить этот ствол, помимо того, что он не хочет, чтоб тот попал к Хенке.

Он хочет избавиться от револьвера раз и навсегда.

До того, как будет отслежена его связь с событиями прошлого…

Интересно, что он имеет в виду?

А еще эти его таинственные комментарии при прощании, на которые Ребекка не обратила должного внимания до того, как вышла из его машины. Что-то такое о том, что история не должна повториться…

Она закрыла глаза, положила голову на руки и помассировала кончиками пальцев виски.

Ну и история, черт подери!

– А ты высоко поднялась в рейтинге? – запыхавшись и утыкаясь куда-то ей в ноги, спросил Эйч Пи. – Сам-то я был вице-чемпионом, игроком номер сто двадцать восемь. Одно время даже лидировал, но ты, наверное, и так все это знаешь…

Ответа не последовало.

Ну и недотрогу же она из себя разыгрывает, черт побери…

Без предупреждения Нора внезапно остановилась, и Эйч Пи чуть не впилился лбом ей в филейную часть. И не то чтобы ему это было неприятно.

Он собрался уже было открыть рот, чтобы изречь что-то подходящее, но она злобно шикнула на него:

– Ш-ш-ш!

Тут Эйч Пи внезапно увидел впереди слабый свет. Тот сочился с крыши тоннеля, вероятно, сквозь какую-то решетку или что-то в этом роде. На расстоянии слышалось и слабое журчание голосав.

– Который час? – прошептал Эйч Пи.

– Полшестого.

В течение пары секунд он думал, что Нора имеет в виду половину шестого вечера. Что они ползут тут в темноте уже целый день. Его забрали с Лонгхольмена посреди ночи, затем все они шли по большому тоннелю и видели, как ночные поезда едут в депо после смены. Прибавить сюда несколько часов разговоров и передвижения ползком, и уже наступает время завтракать. Нора осторожно продвинулась вперед и остановилась прямо перед решеткой. Сев сначала на корточки, затем аккуратно поднялась во весь рост и протянула руки к свету. Голова ее совсем исчезла из виду, и на мгновение, хоть Эйч Пи и видел остальные части ее тела, он почувствовал себя как-то странно одиноко.

И вот Нора вернулась.

– Пошли! Быстро-быстро! – добавила она и даже помахала ему рукой, когда он не отреагировал достаточно скоро.

Эйч Пи подполз ближе и сел на корточки рядом с ней, так близко, что почувствовал ее дыхание у себя на лице.

– Это станция «Медборъярплатсен». – Нора указала пальцем вверх. – Перрон пуст, но они вот-вот откроют вход в метро, потому что я слышу голоса. Нам нужно подняться наверх до того, как они впустят сюда утреннюю толпу… а то будет немного странно, правда? – продолжила она, когда Эйч Пи ничего не понял. – Умеренно грязная парочка, вылезающая из дыры в полу…

– А, ну да, – пробормотал он.

Блин, какой он стал тормоз!

Нора встала, повозилась с какой-то задвижкой или защелкой, после чего подняла решетку. Затем подпрыгнула и ловко подтянулась вверх.

– Держись!

Она протянула ему руку. С секунду Эйч Пи подумывал проигнорировать ее помощь, ведь вылезти из какой-то дыры он, черт возьми, в состоянии и сам. Но тело было измождено настолько, что у него не было ни малейшего желания остаться висеть вот так, на полпути наверх, как какому-нибудь беспомощному ботанику на снаряде в школьном физкультурном зале. Поэтому он взял ее за руку, оттолкнулся от пола и запрыгнул на край люка. Нора просто-напросто вытянула его на перрон.

– Давай быстрей! Они уже запускают народ; я слышала, как там кто-то гремит ключами…

Она не отпускала его руку – сначала для того, чтобы поставить его на ноги, а потом чтобы тащить его за собой к середине перрона. Со стороны лестницы, ведущей вверх к выходу, слышался все приближавшийся металлический лязг. Но утренних пассажиров так пока и не было видно.

Они увидели две пары ног в темных брюках. Затем появились ремни с кобурой и наручниками, после чего показались темно-синие форменные куртки и две головы в пилотках.

Копы – мужик и тетка. Идут прямо к ним!

Проклятье!

На секунду им овладел импульс убежать. Но Нора по-прежнему крепко держала его за руку и заставила успокоиться.

– Надень капюшон, – прошептала она и начала медленно двигаться к ближайшему выходу.

Похоже, что журчание голосов шло оттуда. Он подчинился и медленно натянул на голову капюшон спортивной куртки.

– Уже времени до хрена, шевелись! – рыкнул кто-то наверху, вероятно, сотрудник транспортной охраны, которому предстояло открыть двери метро.

Эйч Пи осторожно оглянулся через плечо. Полицейские приближались к ним с каждым шагом. Похоже было, что они смотрят им прямо в спины.

И вдруг Эйч Пи осознал, какая грязная на нем одежда. Пятна грязи повсюду и прожженные места вдоль левого рукава. Нора тоже не лучше. Ничего странного, что копы ими заинтересовались; они, черт подери, похожи на бомжей.

Нора сжала ему руку, и он ответил ей тем же. Лестница по-прежнему была метрах в десяти от них, а полицейские – намного ближе. Они не успеют дойти до нее. Если не рванут сейчас…

Эйч Пи напряг мышцы, попытался вырвать руку и приготовиться бежать. Но она его не пускала. В тот же миг, как полицейские подошли к ним вплотную, она дернула его к себе, прижалась своими губами к его и яростно поцеловала. Этот поцелуй совершенно его ошарашил, но через пару секунд он пришел в себя и ответил на него. Ее губы и язык были такими мягкими, как он себе и представлял, а слабый, но отнюдь не неприятный привкус жевательного табака стал для него сюрпризом.

Эйч Пи положил ей руку на поясницу и прижал к себе. Ее волосы, заколыхавшиеся из-за потока воздуха из тоннеля, щекотали ему щеку. Но он этого даже не замечал.

– Найдите себе жилье! – ухмыльнулась тетка-полицейский, проходя мимо них.

Через несколько секунд к перрону с грохотом подкатил поезд. По лестнице вниз побежали люди и оттолкнули их, хотя двери поезда еще даже не открылись. Нора отпрянула, отпустила его руку и затылок.

– Вот, – сказала она и достала из кармана брюк мятый конверт. – Поезжай в район Лесного кладбища, там Кент устроил тебе квартиру. Адрес и ключ в конверте, мы с тобой свяжемся через пару дней.

– Э-э, хорошо, – пробормотал Эйч Пи, не уверенный в том, каких слов или действий от него ожидают в данной ситуации.

– Вон твой поезд… – улыбнулась она, ткнув пальцем в сторону открывшихся в метре от них дверей вагона.

– Э-э, хорошо.

Вторай раз подряд, блин, какой же он мастер красноречия! Настоящий ladies’ man[92]…

Лесное кладбище – наиудачнейшее из всех возможных мест; считай, что едешь к себе домой. Маленький подвальчик старины Фенстера для скупки краденого, где Эйч Пи, можно сказать, добывал средства, чтобы финансировать всю свою взрослую жизнь.

Войдя в вагон, он обернулся. Пару секунд они так и оставались стоять друг напротив друга.

– Поджоги, – сказала Нора в тот же миг, как послышался писк, предупреждающий о закрытии дверей.

– Что?

– Ты спрашивал, что я делала в Игре.

– Да-а-а…

Двери стали медленно закрываться.

– Я устраивала поджоги…

На голове шарф, темные солнцезащитные очки в пол-лица, к тому же длинное пальто и перчатки. Все, как будто ее взяли с какого-то склада 50-х годов, и это совершенно не она. Но, с другой стороны, в этом и заключался смысл этого маленького маскарада. Поздоровавшись с охранником в приемной, Ребекка протянула ему свою карту-пропуск. На этот раз перед ней был другой человек – во всяком случае, ей так показалось.

– Прошу, – сказал он, проведя карточкой через считыватель.

– Спасибо!

И Ребекка прошла дальше в помещение хранилища. Огромная сумка, висевшая у нее на плече, немного натирала, но сейчас нужно было просто перетерпеть. Проведя карточкой снова, она попыталась не глядеть в полусферу видеокамеры на потолке.

План был прост: открыть новую ячейку, засунуть металлический ящик целиком в сумку, затем уйти и никогда больше туда не возвращаться. Нельзя было терять время. Раньше или позже Стигссон с подручными получат данные о траффике карт-пропусков и сложат головоломку. Она не может позволить им найти револьвер, потому что они тут же свяжут его с событиями у «Гранд-отеля» и наверняка используют его в качестве улики, указывающей на то, что Хенке на самом деле собирался застрелить Блэка. Самое простое – это отдать ствол дяде Таге, что она ему, собственно, и пообещала. Но сейчас эта идея уже не казалась ей настолько же привлекательной, как во время их беседы в автомобиле. Ну, ладно, она примет решение позже, после того, как достанет отсюда револьвер.

Дверь на другом конце пропускного шлюза открылась, и Ребекка вошла в хранилище. Все выглядело точно так же, как и в прошлый раз, но на всякий случай она помедлила некоторое время перед дверью, прислушиваясь, нет ли там других посетителей.